?

Log in

No account? Create an account
Светлана Иванова

Алина Кабаева – одна из самых известных спортсменок России, авторитетных фигур в Госдуме, отечественный символ женской силы и красоты. В преддверии сочинской Олимпиады (хотя и зимней) мы решили вспомнить наше давнишнее с ней интервью.




Читайте интервью на сайте журнала "Медведь"
Игорь Свинаренко

Колонии, они разные. Есть просто отвратные. С противными офицерами. У иных суровые неприятные лица, на которых читается крайняя развращенность неограниченной властью над людьми. Форма, серьезные физиономии, которые корчат люди, вырядившиеся в яркое, в золотое, в мишуру и блестящие штучки, это как бы карнавал и маскарад – но они там без всякого юмора надувают щеки! Хотя это тоже, пожалуй, не зря. Сплошь и рядом тюремщики выглядят странно, у них лица часто не майорские, а как у сантехников на карикатурах… Куда ж тут без формы, выйди куда в штатском – самого заметут…



Офицеры; какие они? Я с юности привык, что они здорово пьют, я привык снисходительно смотреть на красные лица, покрытые треснувшими капиллярами, без раздражения выслушивать типовые шутки пьющих… Это ж Россия, куда тут без пьянства, когда водка – единственное доступное развлечение, когда только она одна и может отвлечь от серой тоски будней. Я немало в жизни выпивал с офицерами, правда, в основном они были армейские или милицейские, тюремщиков среди моих собутыльников до какого-то времени было раз-два и обчелся. Но они ж тоже люди. Что ж зоновским офицерам, разве меньше пить, чем армейским? Где-нибудь у себя в таежных зонах среди соответствующей публики долгими зимними вечерами…


Читайте продолжение на нашем сайте
Борис Минаев

Дом Горького – очень красивый особняк возле Никитских ворот, шедевр модерна начала ХХ века (архитектор Федор Шехтель), посетив который вы уже никогда не сможете сказать, что «В Москве, к сожалению, нет никакой архитектуры», он же особняк купцов-староверов Рябушинских, давно уже открыт для посещения! И это самая главная информация, которую вы можете почерпнуть из этой публикации, все остальное можно не читать, просто бегите и посмотрите на это чудо сами.




Продолжение на сайте журнала "Медведь"
Ян Шенкман

У актуальных художников большие проблемы – в диапазоне от мордобоя до судебного разбирательства. Заниматься современным искусством сегодня в России – все равно что повесить табличку на грудь «Я революционер-экстремист». Именно так это воспринимается большей частью общества. Даже в Москве, чего уж говорить о провинции.



Чуть ли не единственный положительный пример – крошечный городок Выкса под Нижним Новгородом. Три года назад там, как и в Перми, начался эксперимент по преобразованию городской среды средствами contemporary art. В город приехали десятки художников с мировым именем. Поставили объекты и инсталляции в городском парке. Украсили фасады типовых пятиэтажек сюрреалистическими граффити. Стали проводить мастер-классы. И вот в итоге Пермь отторгла современное искусство, пермский Культурный проект закрыт. А Выкса это искусство приняла. Вопрос, почему.


Читайте продолжение на нашем сайте
Наталия Осс



Вопрос, уйдет ли Лужков, столь же актуален, как и классический – есть ли жизнь на Марсе. Может, она и есть, но нам все равно ею не пожить.

Куда бы ни ушел Лужков, он не может уйти. Он растворен в воде, разлит в воздухе, он присутствует в каждом куске пищи насущной, данной нам днесь. Похоже, он бессмертен.

Способ достижения бессмертия, открытый Лужковым, прекрасен в своей простоте. Он взял исторический, культурный, политический, экономический бренд «Москва», соединился с ним, присвоил его, а затем произвел ребрендинг. В итоге оказалось, что никакой Москвы нет, есть только Лужков. Лужков подменил Москву собой.

Лужкову удалось то, что в полной мере не удалось даже Сталину – он сделал реальным, вещественным собственное подсознательное. Представление мэра о городе стало самим городом. Его фантазии, фантомы, фобии, комплексы, желания, страсти и слабости – это и есть материя, из которой построена новая Москва. По фантазиям можно ездить на машине, страсти продаются на квадратные метры, фобии царапают небо шпилями и башенками, слабостями оборудованы трибуны в Лужниках, комплексы спрятаны под землю в виде гаражей и паркингов, фантомы обернулись монструозными проектами вроде «Сити» и прочих «парусов». Все, что не укладывается в сознание и подсознание мэра, просто перестает существовать. Одним бульдозером этого не сделать.


Продолжение колонки читайте на нашем сайте
Дмитрий Соколов-Митрич

Слева от Юрия Михайловича – самый большой на Шпицбергене ледник, по которому бродят белые медведи. Справа от Юрия Михайловича – «город русских призраков», и он в нем хозяин. За спиной – гора, похожая на пирамиду Хеопса, на плече – карабин, а прямо перед Юрием Михайловичем Лукьяновым стоим мы с фотографом, и сейчас он, кажется, кому-то из нас даст в морду.




Продолжение на нашем сайте
Валерий Харламов – легенда мирового хоккея, лучший нападающий планеты, восьмикратный чемпион мира и двукратный олимпийский чемпион, его голам аплодировали даже соперники. О том, каким Валерий Борисович был папой, рассказывает его сын, Александр.




Читайте продолжение на сайте журнала "Медведь"
Ян Шенкман

В Питере выходит книга легендарного человека – драматурга Джорджа Гуницкого. Экзотическое имя досталось Анатолию Августовичу в начале 1970-х, во времена хипповской юности. Тогда, в 1972-м, они вместе с БГ основали группу «Аквариум». И было их двое. Гребенщиков играл на гитаре, а Джордж сочинял безумные в своей абсурдности тексты. Часть из них стала песнями. Потом поэт стал писать пьесы. И довольно быстро стал классиком жанра. За что и был назван БГ великим драматургом абсурда. Так оно в сущности и есть. Гуницкий занял в России ту нишу, которую в мировой драматургии занимает Беккет, это уже канон. Весь он о том, насколько неуправляемо наше сознание. У каждого в частности, а уж у всех скопом – тем более.



Читайте на нашем сайте
Антон Елин

За день до отставки в кабинете и. о. префекта Северного округа Москвы Олега Митволя на седьмом этаже произошла какая-то кафкианская ерунда, если не жуть. Вошли девять районных депутатов, зачитали стих про исцарапанную душу, вытянули вперед руки и разжали кулаки. У каждого на ладони лежало куриное яйцо. Хронику последних часов чиновника Олега Митволя в должности префекта САО вел Антон Елин.




Читайте интервью на сайте журнала "Медведь"
Отец Александр Мень и спустя 18 лет после гибели остается в России самым известным, да, пожалуй, и самым значимым православным священником: писатель и богослов, чьи книги изданы миллионными тиражами, духовный наставник советской интеллигенции, в том числе Солженицына и Галича, основатель первого Православного университета, один из создателей Российского библейского общества. Об отце Александре, священнике и своем отце, рассказывает его сын, губернатор Ивановской области Михаил Мень.




Читайте на нашем сайте


Коммунисты говорили красиво: научно-технический прогресс – это фактор производительных сил. Вот это и случилось. То, о чем коммунисты говорили в 70-е годы, произошло сейчас в мире. …


Смотрите видео на нашем сайте
Игорь Свинаренко

Насколько я успел уловить общественное настроение, тюремная тема людям вообще неприятна, а уж про туберкулез на зонах граждане тем более не хотят слушать. Мне кажется, дай общественности волю, так туберкулезные бараки она б с удовольствием облила бензином и подожгла б с четырех сторон – исключительно из благородного желания сделать этот мир чище и лучше. И, тем не менее, уж скажу пару слов.




Читайте на нашем сайте
Валерия Новодворская

Русская литература создана не только аристократами, богатыми господами, изящными и просвещёнными, вроде Пушкина, Лермонтова, Тютчева и Тургенева; не только хорошо образованными, широко известными и успешными интеллигентами типа Чехова и Достоевского. В неё внесли свою лепту и нищие разночинцы, которые часто не имели куска хлеба и пристанища, которые мёрзли под ледяным кружевом русских морозов, мокли под холодными безнадёжными дождями вечно голодной и хронически несчастной страны, которые бродили по её никуда не ведущим дорогам, бомжевали и бродяжничали, а пытаясь где-нибудь прокормиться и поселиться, неизменно изгонялись знаменитыми российскими дураками, которые в изобилии водятся вдоль российских дорог.




Читайте продолжение на сайте журнала "Медведь"
Игорь Свинаренко

Интервью и очерк 2004 года

Однажды его спросили: «Мало вам обвинений в национализме из-за фразы в «Брате»: «Я тебе, чурка, не брат»? Балабанов тогда поправил собеседника, дал точную цитату: «Не брат я тебе, гнида черножопая!» Ну, называют так в народе людей с Кавказа. Почему я должен в фильме этого не показывать, если это правда? Как может кино развить национальную рознь? Она либо есть, либо ее нет. Фильм отражает жизнь, а не создает ее. Я делаю то, что мне кажется правильным. Как люди думают, так я и снимаю».




Читайте на нашем сайте
Александр Блинов

ЧУДЕСНОЕ ИЗБАВЛЕНИЕ МЕНЯ ОТ СОБЛАЗНОВ ПРЕЛЕСТНЫХ АНДЖЕЛЫ И РОЗИНЫ СВЯТЫМ ПАДРЕ ПИО В ОБРАЗЕ СТАРОЙ СИНЬОРЫ НА КАТАЛКЕ С БОЛЬШОЙ РОЗОВОЙ ЛЕЙКОЙ

Я сидел в баре городка Ромбиоло, пережидая зной, под бело-голубым полосатым тентом и лакомился третьей порцией «Баба».

«Баба» подавала барменша Джулия в маленьких розетках, до краёв залитых пахучим кубинским ромом.

То ли серпантин и пронзительный ветер на перевале, то ли ром и жара, но меня «развезло». Я сидел и тупо пялился на толстого, жужжащего шмеля, купающегося в пыльце огненных настурций.



Продолжение колонки читайте на нашем сайте
Сергей Шаргунов

Загадочное, отчасти сказочное существо…

Каждое его слово я ловлю заворожено, как если бы заговорило вековое, все еще мощное дерево.

Ловким движением он берет сигарету («Винстон» синий), щелкает зажигалкой. Раздув ноздри, выпускает облако, и я делаю снимок для instagrammна радость хипстерам: «Прикольный дед». Искандер много курит. По стародавней привычке, ложится далеко за полночь, а встает днем. Ему восемьдесят пятый год. Я приехал в его московскую квартирку в районе «Аэропорта». В синеватом дыму – блюдо с абхазскими мандаринами.

Недавно он перенес тяжелую болезнь («Я слабо стою на ногах», – замечает, сидя за столом), видно, что слова даются трудно, он как бы вымучивает их с гримасами, и отделывается короткими фразами, поэтому становится совестно его долго пытать.




Продолжение читайте на сайте журнала "Медведь"
Барри Майлз

В издательстве «Альпина-нон-фикшн» выходит документальная книга Барри Майлза «Бит-отель». О парижском отеле, где жили в 50-е годы знаменитые американские писатели.

Пятого октября 1957 г. Аллен Гинзберг, Питер Орловски и Грегори Корсо приехали в Париж, где мадам Рашу уже приготовила для них комнату в Бит Отеле. Они уже приезжали в Париж в начале лета, но в гостинице не было свободных номеров: во всех остальных приемлемых по цене отелях нельзя было готовить, так что, ожидая освобождения комнаты, они решили поехать в Амстердам. В тот день, когда они приехали, произошла авария на подстанции. Не было газа и электричества, метро не работало.


Читайте продолжение на сайте журнала "Медведь"
Александр Блинов

СЧАСТЛИВОЕ ИЗБАВЛЕНИЕ МЕНЯ ОТ ШИКАРНОЙ ПРОСТИТУТКИ ИЗ МАРОККО И ПЯТИ ДОЧЕРЕЙ АФРИКИ СВЯТОЙ ФАБРИЦИЕЙ В ОБРАЗЕ СУТЕНЁРА АНДРЕА

Еще метров за сто до поворота на Розарно с трассы S16, я подумал: «Ох, и хороша!»

И когда съехал на обочину шоссе, хрустя протектором по гравию, понял: «На все сто…».

Она сидела на ящике для сбора апельсинов под усыпанным оранжевыми плодами деревом, изящно, как на хромированном вертящемся барном табурете роскошного казино: Монте-Карло… или Лас Вегаса…

Её гордая точёная голова лежала длинной гибкой матово-чёрной шее, как пахучий кокос на великолепном блюде. (А не насаженная нелепо, тыквой на кол, как у нас, европейцев.)

Она смотрела куда-то вдаль, поверх всего, прикрыв, как сфинкс, свои миндалевидные раскосые глаза.

Её длинные сильные, как у антилопы, ноги были до бёдер затянуты в чёрные лаковые сапоги, тонкой буйволовой кожи, выше – ажурные колготки и ещё выше – маленькая кожаная алая юбочка, как набедренная архаичная повязка…


Продолжение колонки читайте на сайте журнала "Медведь"
Игорь Свинаренко

Тесно в русской тюрьме. Особенно когда ремонт: всех приходится уплотнять.

– А что за ремонт? Здание новое вроде. Чего тут за 10 лет могло сделаться? – спрашиваю.

Начальник московского СИЗО-5 подполковник Анатолий Северин отвечает:

– Построили недавно, 10 лет назад – но гидроизоляцию тогда не сделали…

Уж так строили!

Теперь на перестройку, как водится, нет денег, ищут спонсоров и иногда находят.

– Ремонт, не ремонт – а по нормам теснота же не положена такая!

– Ну так мы ж не можем повесить табличку – «Мест нет». Что значит – нет? Если тюрьма перенаселена, что ж, пусть Чикатило гуляет? Вот предположим – чисто теоретически – что два миллиона сразу арестовали. Ну и что? Всех найдем куда поместить. Будем совещаться с руководством ГУВД и искать, и найдем выход…




Читайте продолжение на нашем сайте
Валерия Новодворская

Что сказал о поэтах самый эталонный поэт из них из всех: небожитель, архангел, творец, избранник, гений, райская птица? Борис Пастернак, умевший находить наслаждение даже в мученичестве, даже в смерти. Все гедонисты, эпикурейцы и киники умерли бы от зависти, если бы узрели (и прочитали) эти слова Бориса Леонидовича.

Это позднее стихотворение, «Ночь». 1956 г. Прожито почти всё, до старости. Пастернаку остается четыре года. Он достиг предела мудрости, но состариться не успел.




Продолжение читайте на нашем сайте

Календарь

Август 2013
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Содержание

Тэги

Разработано LiveJournal.com